"Сватовство майора".Свадебная история из позапрошлого века ...
03.12.2017 142 0.0 0

Федотов Павел Андреевич.Сватовство майора, 1848.Третьяковская галерея, Москва

Силою своего таланта, почти не имея предшественников в избранном им роде живописи, Павел Андреевич Федотов достиг в нем общепризнанного совершенства. Сюжеты своих картин он брал преимущественно из повседневной жизни, подмечая в ней достойное осмеяния и изображая все малейшие подробности обстановки с поразительной верностью. Карандаш П. Федотова в бесконечном множестве передавал типы мелких помещиков, сварливых помещиц, столичных мастеровых, ремесленников, русских и немецких хозяев. Он вводил в свои картины и особ прекрасного пола — горничных, чиновниц, мастериц, кухарок, создавая из этих лиц живые сцены жизни.
Картина «Сватовство майора» была показана в 1848 году на выставке в Петербурге, доставила художнику звание академика и блистательную известность. Имя Павла Федотова было на устах целого Петербурга, гремело по всему городу, друзья и бывшие сослуживцы были в полном восхищении. Зрители, равнодушно бродившие по другим залам выставки, спешили в предпоследний, в котором их настигал неумолкающий гул.
С самого открытия выставки в этом зале постоянно была толкотня и слышались восторженные возгласы: три небольшие картины бывшего гвардейского офицера П. Федотова взволновали чопорную петербургскую публику. Да и названия у них были совершенно необычными для того времени — «Свежий кавалер», «Разборчивая невеста», «Сватовство майора»... Каждый невольно улыбался, находя в полотнах знакомые черты сокровенного русского быта. Нередко сквозь толпу зрителей протискивался сам автор, давая необходимые пояснения к своим картинам. Задорно и живо звучали тогда слова его «Рацеи» — большого полушутливого стихотворения, состоящего из трех глав.

Начинается, начинается рассказ
О том, как люди на свете живут,
Как иные на чужой счет жуют.
Сами работать ленятся,
Так на богатых женятся.

Изумленные зрители увидели на полотне сцену из самой жизни. Перед ними неожиданно открывалась хорошо знакомая комната купеческого дома, в которой происходили спешные, последние приготовления к встрече жениха.
Все лица типичны для купеческой среды тех лет. Вот беззубая старуха-приживалка, «тугая на ухо», никак не может понять причину такой суматохи и с жадным любопытством допытывается обо всем у сидельца лавки. Тот, торопясь с бутылками к столу, выразительно указывает ей на соседнюю комнату, где в ожидании стоит жених —

Майор толстый, бравый,
Карман дырявый.
Крутит свой ус:
«Я, дескать, до денежек
Доберусь...»

Типична и сама обстановка купеческого дома на картине «Сватовство майора». Расписанный потолок со свисающей люстрой, портреты на стенах, убранство накрытого стола, поблескивающие бокалы и бутылки рядом с просфорой и Священным писанием...
Один из друзей художника потом вспоминал: «При отделке этой картины Федотову прежде всего понадобился образец комнаты, приличный сюжету картины. Под разными предлогами он входил во многие купеческие дома, придумывал, высматривал й оставался недовольным. Один раз, проходя около какого-то трактира...
Он придумал "рацеи" - стихотворный текст, "аккомпанирующий" картине. Таким образом он едко комментировал изображения на своих картинах, которые по оценкам современников и без того были весьма издевательскими (вспомните «Свежего кавалера» в грязном халате и наполеоновской позе, которым Федотов вдоволь посмеялся над тщеславием и глупостью чиновников).
Но если рацеи придумывались всегда после картины, то со "Сватовством майора" вышло по-другому. За год до создания полотна Федотов написал поэму "Поправка обстоятельств, или Женитьба майора". В ней он рассказывал о майоре, решившем поправить свои дела женитьбой на богатой купеческой дочери.
 
Честные господа,
Пожалуйте сюда!
Милости просим:
Денег не спросим:
Даром смотри,
Только хорошенько очки протри.
О том, как люди на свете живут,
Как иные на чужой счет жуют.
Сами работать ленятся,
Так на богатых женятся.

П.А.Федотов.Сватовство майора (Смотрины в купеческом доме).Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

Кстати сказать, в те времена мезальянс (брак, неравный не по возрасту, а по социальному положению жениха и невесты) был очень распространен. Федотов сам знал много случаев, когда военные, не имевшие видов на доходную штатскую должность, искали простого и удобного выхода - жениться на богатой купеческой дочке. Сейчас, впрочем, мало что изменилось, но вернемся к картине.
Написав «Сватовство майора», художник высмеял все, что мог: и переполох в доме в ожидании "важного" гостя (еще бы! такая честь - зять-офицер), и жеманную невесту, одетую в бальное платье с открытыми плечами (нужно понимать, что к такому платью не полагалось одевать крестик, а его отсутствие было верхом позора для благовоспитанной купеческой дочери), и мать-купчиху в модном французском платье вкупе со скромным платочком на голове, и отца-купца, который суетливо застегивает сюртук. И, конечно, жениха-майора, молодцевато подкручивающего ус, в предвкушении богатого приданного.
Как вы уже поняли, в "Сватовстве майора" художник высмеивает расхожий житейский эпизод, соответственно, все образы на картине собирательные. Но! Художник-самоучка ничего не рисовал из головы. Все с натуры. Даже мелочи. С чего же он рисовал «Сватовство»?
 А однажды, проходя мимо какого-то трактира, художник увидел за окнами, во-первых, люстру с закопченными стеклышками, которая его поразила, и стены - немножко побуревшие, красно-коричневые. Именно так, по мнению художника, должен быть обставлен типичный «ржавый» купеческий быт. Между прочим, эту «купеческую» люстру Федотов даже выпросил у владельца трактира себе домой, чтобы спокойно и тщательно ее зарисовать. А бутылку шампанского, скромно стоящую на картине на стуле слева, Федотов распил вместе с другом, как только закончил ее рисовать.
Нужно было для картины отыскать оригинал купца, застегивающего кафтан, его жены, разные аксессуарные вещи...
Один из знакомых П. Федотову офицеров сам вызвался служить натурой для жениха и терпеливо стоял в позе майора. На толкучке и на Андреевском рынке художник высмотрел несколько старух и сидельцев, пригласил этих людей к себе и нанял за сходную цену. Газета «Санкт-Петербургские ведомости» в 1849 году писала: «Нам говорили за достоверное, что совестливость художника в соблюдении естественности доходит до того, что он переписал фигуру старика-отца. И зачем? Чтобы старик застегивал свою сибирку правою рукой и правою полою вверх, как обыкновенно 'делают».
С большим мастерством передает П. Федотов прозрачность легкой ткани платья невесты, ее жемчужное ожерелье и блеск шелка платья матери. Тонкие цветовые соотношения, порой еле уловимые переходы от одного тона в другой связывают все воедино. Сгущая и изменяя розовый тон, художник пишет и кофту кухарки, и шугай свахи, придает голубоватый оттенок серому сюртуку самого купца. Вся эта цветовая гамма развертывается на зеленоватом фоне стены.
Долгое время «Сватовство майора» считалась картиной, едко высмеивающей некоторые стороны купеческой жизни. Однако если зритель повнимательнее всмотрится в это полотно, то непременно заметит, что все герои картины П. Федотову по-своему милы, всех он осветил своим ласковым отношением. Э. Кузнецов в своем исследовании творчества художника пишет, что к своим персонажам П. Федотов относился так же, «как относился к живым, знакомым ему людям — сочувственно терпимо, со снисходительностью хорошо их понимающего человека. Может быть, даже еще теплее, чем к живым: все-таки это были как никак его создания, его дети, и он любил их, как любят детей...
«Да, они лицемерят, хитрят, плутуют — но вовсе не злые люди: они смешны, может быть, но не противны. Что же дурного в том, что купец хочет выдать дочь за благородного?»
Как пишет Л. Байрамова, «здесь все любовь и все приятие с миром. Не напрасно художник так «носился» со своей картиной, будто это была его «лебединая песня». Не напрасно с таким упорством перетаскивал из мира реального в свой вымышленный мир все, что любил и обожал. Сколько в этой картине торжественного благополучия, семейственности и уюта!
А эти блестящие, мерцающие в полумраке хрустальные графинчики, подсвечники, кулебяка! Ах, уж эта кулебяка! Ее Федотов покупал на последние деньги, писал с нее натуру, а потом съедал вместе с другом.
А седобородый батюшка-купец? Федотов целый год искал его, бегал, приглядывался к знакомым лицам, пока однажды на улице не встретил то, что нужно. А потом долго уговаривал и упрашивал, чтобы согласился позировать, а тот все гудел в ответ: «Нельзя, батюшка, это грех». А роскошные платья, лица, эти бесподобные пальцы кухарки, приживалка позади нее... Нет, это все не только анекдот, не забавный сюжет о недалеком майоре, тут явлен целый мир — огромный, живой и настоящий».
В последние годы жизни Павел Федотов еще раз пишет «Сватовство майора». Это была не копия. Художник сделал другой вариант картины. Искусствоведы считают его менее ценным. Там меньше художественных деталей, больше - откровенного фарса в героях. Там уже нет «купеческой» люстры и расписного потолка. Зато там больше видно ханжество героев действа, которое так хотел высмеять художник.
Как пояснение к "Сватовству майора" Федотовым написана стихотворное произведение - знаменитая "Рацея".

Картина говорит: "О том, как люди на свете живут,
Как иные на чужой счет живут,
Сами работать ленятся,
Так на богатых женятся".

 


Читайте также:
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика