Юрий Дроздов - отец "Вымпела."
08.01.2018 434 0.0 0

21 июня 2017 года ушел из жизни легендарный начальник отечественной нелегальной разведки КГБ СССР, ветеран Великой Отечественной войны генерал-майор в отставке Юрий Иванович Дроздов.

Жизнь Юрия Дроздова достойна романа. Удивительная судьба боевого офицера, разведчика-нелегала, руководителя нелегальной разведки. Чужие фамилии, чужая биография. И большая часть невероятных историй из жизни Юрия Дроздова еще долго будет храниться под грифом «совершенно секретно».

"Между большими войнами ведется война тайная"
За 35 лет службы в нелегальной разведке Юрий Иванович Дроздов прошел путь от оперативного уполномоченного до начальника управления "С" Первого главного управления КГБ. Ему довелось участвовать во многих секретных операциях. Имеет правительственные награды СССР, ГДР, Польши, Кубы, Афганистана. Юрий Дроздов присутствовал в качестве "родственника" знаменитого полковника Рудольфа Абеля при его обмене на американского летчика Пауэрса, был резидентом в Китае и США, руководил операцией по взятию дворца Амина в Кабуле. Он имел непосредственное отношение к созданию, подготовке и использованию секретного подразделения советской разведки "Вымпел".
Когда, будучи резидентом в Нью-Йорке, Юрий Дроздов отмечал свое 50-летие, среди других поздравлений он получил письмо от Мао Цзедуна, в котором отмечался его "личный неоценимый" вклад в развитие советско-китайских отношений.

Мысли о разведке.
- Юрий Иванович, если кто-то решит написать историю нелегальной разведки, с какого времени ему придется начинать?
- Можно начинать с Александра Македонского, можно - с древних китайцев, а еще лучше начинать с Библии. Самое первое агентурное донесение Древней Руси, которое сохранилось где-то в архивах военной разведки, это нацарапанное на бересте: "Чудь встала на карелов".
В нашей истории всегда существовало деление на две части: военную разведку и разведку князя, императора, канцлера, как это было в елизаветинские и екатерининские времена. К концу XIX века во всех генерал-губернаторствах существовали тайные отделения, в которых сидели офицеры второго отдела управления генерального штаба и которые занимались разведкой, в том числе нелегальной.
Среди наших тогдашних разведчиков, в первую очередь разведчиков-нелегалов, было очень много выдающихся людей, большая часть которых известна нам как писатели, исследователи и путешественники. Тут можно вспомнить Пржевальского, Ивана Сергеевича Тургенева: Если взять период Отечественной войны 1812 года, то это - Александр Фигнер, а если уйти еще дальше в историю, можно вспомнить монаха Иакинфа Бичурина, известного своими исследованиями по Китаю.
- Можно ли сравнивать вообще разведки различных стран? Какая из них сильнее?
- На вопрос, кто сильнее можно ответить только тогда, когда все стороны выложат карты на стол, а этого не будет никогда. Но если бы мы были слабее, то американские аналитики не отзывались бы о работе нашей нелегальной разведки так лестно. В свое время США арестовали двух наших разведчиков, но мы организовали их обмен на угонщиков самолета. И вот - два случая, связанных с этим. Наш сотрудник, который проводил переговоры об их освобождении, увидел в кабинете одного из офицеров ФБР рядом с портретом Гувера портрет: Андропова. И на его недоуменный вопрос хозяин кабинета ответил: "А что тут такого? Это руководитель сильнейшей разведки мира". А когда проходил сам обмен, дежуривший в аэропорту Кеннеди сотрудник ФБР сказал: "Таких ребят на подонков меняем!". Американцы очень высоко оценили их профессионализм.
- А под какими "крышами" удобнее было работать нелегалам? Какие специальности для этой работы подходили больше всего?
- Любые. У нас были просто торговцы, у нас были ученые, писатели, поэты, священники, военные. У нас был даже человек, которого однажды высадили на побережье одной страны с лодки, и он появился в городе как безработный. А потом постепенно стал крупным бизнесменом и даже почетным гражданином этого города. Для этой работы годна любая профессия. Требовались лишь огромный объем знаний, большая выдержка и большое терпение.
- Как известно, нынешнее руководство внешнеполитической разведки исходит из постулата, что противников у нас не осталось, а есть только партнеры. Может быть, в таком случае и разведка не нужна, тем более - нелегальная?
- Геополитика определяет место каждой страны в системе мирового сообщества. И в борьбе за это место не может не быть оппонентов, желающих поживиться за чужой счет. Взаимное недоверие существует даже между странами НАТО. Если бы это было не так, то мудрый Аллен Даллес, наверное, в свое время не сказал бы своим партнерам по НАТО: "Мы обмениваемся информацией, а то, что вы нам не дадите, мы возьмем сами". И то, что стороны хотят знать об искренности своего соседа по отношению к себе, тоже естественно.

Из интервью "Новой ежедневной газете"

- Хорошо ли, вербуя человека, заставлять его предавать Родину?
- Это наивный вопрос. Как будто между большими войнами не ведется война тайная! Она нужна, чтобы не гибли тысячи, а то и миллионы. Разве защита собственного дома безнравственна? Все страны, которые заботятся о своей безопасности, занимаются разведкой и развитием агентурной сети.
- Но у нас, кажется, денег на это нет. Вас не беспокоит, что бывшие ваши коллеги, обладающие специфическими навыками, ушли в лучшем случае в коммерцию, а в худшем - в мир криминала?
- Сейчас деньги перемалывают в пыль человека любого ранга. Прежде чем обвинять бойца-спецназовца, что он служит теперь не тем людям, надо знать мотивы, почему он принял такое решение. Да и с кого можно требовать преданности, если у многих руководителей на первом плане не долг перед страной, а обеспечение собственного благополучия. Сегодня бывает, что дисциплина в некоторых преступных группах выше, чем в государственных подразделениях, призванных с ними бороться. Криминальный мир теперь сам имеет все возможности подготовить себе боевиков. Раньше обучение бойца сильнейшего подразделения "Вымпел" стоило 100 тыс. старых весомых рублей в год. Трудно поверить, что сейчас государство не может найти средств на подготовку такого отряда.
- Вам лично приходилось отдавать приказ на чье-то уничтожение?
- Нет. Никогда за все 53 года службы в армии и в органах это не входило в мои обязанности. В документах КГБ было строго оговорено, что "особые мероприятия" проводятся только на основании специального решения Политбюро и Совета Министров. О тех операциях, что не согласовывались с Политбюро, мне неизвестно. Может быть, кто-то этим и занимался, но не управление "С".

Из интервью газете "Аргументы и факты"

Юрий Дроздов в молодости

Декабрь 1979-го. Афганистан.
- Какую характеристику вы можете дать Хафизулле Амину?
- Политический интриган! Мне с ним никогда лично не приходилось соприкасаться, но когда читаешь материалы в прессе, особенно те, что ссылаются на документы, в том числе из "Особой папки", то складывается такое впечатление.
- Какова была реакция кабульской резидентуры на устранение лидера страны Тараки?
- Думаю, что спокойная. На то она и резидентура, чтобы все знать, видеть и чувствовать себя уверенно.
- Насколько для вас лично было неожиданным решение руководства страны о вводе войск в Афганистан?
- Совершенно не было неожиданным, потому что общая обстановка "холодной войны" говорила о том, что противная сторона, заинтересованная в конфликте, будет прилагать все усилия для того, чтобы спровоцировать Россию на этот шаг.
- В Афганистане еще и до ввода войск было много наших легальных спецсотрудников. Как у них складывались отношения с нашими нелегалами?
- О своей работе и о деятельности моих товарищей, которые были советниками в некоторых афганских подразделениях, в том числе и в подразделениях специального назначения могу сказать только одно - мы им ни одной глупости не посоветовали:
- Как вы отнеслись к приказу о штурме дворца Амина?
- Как к приказу, который необходимо было выполнить в интересах России.
- Почему?
- Потому что речь шла о защите южных рубежей страны в связи с серьезной ситуацией, которая там назревала. И, кстати, если бы этого не произошло, то таджикскую трагедию мы переживали бы на пятнадцать лет раньше.
- То есть существовала серьезная угроза территориальной целостности?
- Я хочу сказать, что обозначилась очень серьезная опасность для территории, именуемой Таджикистаном. Уже в который раз!
- Когда перед вами была поставлена задача на штурм?
- Ю. Андропов 27 декабря, где-то в три по кабульскому времени, в разговоре по ВЧ сказал мне: "Не хотелось бы, но: придется". А затем: "Это не я тебя посылаю" И всех до единого членов Политбюро перечислили, кто был в комнате рядом с ним.
- Что же заставило пойти на столь непопулярный шаг, получивший такой отрицательный для нас резонанс в мире? Ведь Юрий Владимирович не был сторонником силовых методов.
- Возьмите книгу, написанную четырьмя американцами! Она называется "Наглый орел". В ней оценивается особенность американской политики в 80-е годы. Оценивается деятельность американского сената, конгресса и администрации по всем вопросам отношений с СССР. И обратите внимание, насколько организованно была поставлена работа по втягиванию России в долговременную изнуряющую войну в Афганистане. А ведь мы в 1980 году, в январе, в первый раз обсуждали с В. Крючковым в Министерстве обороны СССР вопрос о выводе ограниченного контингента наших войск из Афганистана. И не вина советских руководителей того периода, что эта война растянулась на десять лет. Это вина наших нынешних партнеров, которые сделали все, чтобы обеспечить афганских моджахедов вооружением, и которые практически навязали нам настоящую войну. И в американской печати, особенно в книге Швейцера, которая была недавно опубликована, прямо говорится: ":как мы воевали с Советским Союзом в Афганистане:".
- А существовала ли какая-нибудь наша агентура, например, на территории Пакистана еще до начала военных действий?
- На территории Пакистана была легальная резидентура. Для нелегальной разведки Пакистан большого интереса не представлял. Он так же, как, например, Бразилия или Боливия, против Советского Союза воевать не собирался.
- Но ведь были же инструкторы пакистанские, обучавшие моджахедов в лагерях?
- Это же разные вещи! Да, они обучали.
- Значит, против них никаких акций не проводилось?
- Совершенно ничего.
- Значит, "Голос Америки" погрешил против истины, когда сообщал о таких действиях?
- И не только "Голос Америки". Если посмотреть на содержание значительной части американских изданий, то волей-неволей убеждаешься, что решение политических задач специального характера входит в прямую обязанность средств массовой информации США.

Из интервью газете "Подмосковные известия"

- Представителем КГБ в Афганистане тогда был генерал Богданов. Всю работу от нашего ведомства с представителями других структур координировал Борис Семенович Иванов, позже для участия в подготовке операции туда направили Кирпиченко. У каждого из нас имелось свое задание от руководства в Центре. Конечно, советы старших должностных лиц на месте событий для меня, весьма неожиданно впервые оказавшегося на афганской земле, оказались полезными.
Те события нашли отражение в двух телефильмах: "Разведчик особого назначения" и "Равных им не было": Авторы отобрали уникальные архивные видеоматериалы, встретились и записали воспоминания бывших спецназовцев из групп "Зенит", "Гром", "Каскад" и "Вымпел". - Кто из них участвовал в операции по свержению Амина? Имела ли к этому отношение знаменитая "Альфа"?
- "Альфа" занималась борьбой с терроризмом и прямого отношения к разведке не имела, но часть ее в виде группы "Гром" прибыла в Кабул между 16 и 24 декабря для участия в операциях. Всего около 30 человек. Командир группы - Михаил Романов. Еще 30 сотрудников ПГУ и спецрезервистов, в основном хорошо подготовленных разведчиков-диверсантов, составляли группу "Зенит".
Безусловно, политикам следовало решать проблему Афганистана в декабре 79-го политическими средствами, активными и настойчивыми дипломатическими шагами. Однако было решение использовать спецназ КГБ и спецназ Советской Армии, которые выполнили приказ своего правительства.
- Какую боевую задачу поставили вам? Велики ли оказались потери?
- Как один из руководителей операции по овладению президентским дворцом Тадж-Бек я выполнял свою задачу. На это понадобилось 43 минуты. При всей сложности тогдашней обстановки операция "Шторм-333" завершилась при минимальных потерях. У нас в группах разведчиков-диверсантов было четверо убитых и 17 раненых, в "мусульманском батальоне" погибли пять солдат и офицеров, 35 ранены. Отступать нам было некогда, кроме как "вниз", в землю:
Перед началом операции в Кабуле я пришел к ребятам, смотрю, они сидят с опущенными лицами, немного заскучавшие. Говорю им: "Ну что, парни, похулиганим немного?!": Потом хлопцы мне говорили: "У тебя был такой огонь в глазах, что было ясно - дело пойдет". Из раненых в том бою большинство (более 20 человек) из "мусульманского батальона", остались в строю. Молодые, хорошие, интересные ребята. Их опалил и закалил огонь войны. И я горжусь, что был одним из командиров таких людей.
- "Мусбат" также состоял из разведчиков?
- Это был один из лучших батальонов спецназа Советской Армии, сформированный из добровольцев. Командовал подразделением майор ВДВ Халбаев. А командиром одной из парашютно-десантных рот был старший лейтенант Валерий Востротин, известный "афганец", Герой Советского Союза, ныне генерал-лейтенант. Это подразделение численностью до 500 человек, одетых в афганскую военную форму, охраняло президентский дворец, а также некоторые другие важные объекты.
Помимо дворца и комплекса зданий генштаба афганской армии трудным для взятия объектом для нас представлялось здание разведки и контрразведки. Шесть наших разведчиков, 12 советников и два взвода десантников блокировали огнем действия охраны, ворвались на территорию объекта и внутрь здания, где соединились с находившимся там советником при афганских спецслужбах Владимиром Алексеевичем Чучукиным. Командир группы даже не ожидал такой быстроты действий. Потери: один легкораненый.
Помню, во всех отчетах и докладах командиров штурмовых групп в адрес солдат и офицеров подразделений огневой поддержки ВДВ подчеркивалось: претензий к десантникам нет, молодцы!

Из интервью газете "Независимое военное обозрение"

Первый командир «Вымпела» Эвальд Козлов и генерал Юрий Дроздов

Ю.И. Дроздов с супругой. Берлин, октябрь 1957-го.

 


Теги:Юрий Дроздов

Читайте также:
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика