Даниель Даррье. Актеры зарубежного кино.
25.01.2021 234 0.0 0

Даниель Даррье родилась в Бордо 1 мая 1917 года. Окончив лицей, она отправляется в столицу и поступает в Парижскую консерваторию. Но, несмотря на блестящие музыкальные способности, Даниель суждено было стать не скрипачкой, а киноактрисой. С тех пор Даррье снялась более чем в шестидесяти картинах. Вначале это были в основном веселые и весьма беззаботные комедии, но уже в фильме "Зеленое домино" (1935) актриса получает первую драматическую роль.

Во французской энциклопедии "Лярус" о ней написаны следующие строки: "Даниель Даррье. Французская актриса. Впервые появилась на экране четырнадцати лет в фильме "Бал" и с тех пор непрерывно снималась. Лучшие роли в фильмах: "Какая смешная девчонка!" (1935), "Майерлинг" (1936), "Катя" (1938), "Биение сердца" (1939), "Первое свидание" (1941), "Рюи Блаз" (1947), "Правда о малютке Донж" (1951), "Мадам де . . ." (1953), "Красное и черное" (1954), "Любовник леди Чаттерлей" (1955), "Плата за грех" (1956)*. Талант актрисы позволял ей играть попеременно в легких комедиях и драме. Она снималась и в Голливуде. Выступала также на парижской сцене в спектакле Анри Декуэна "Опасные игры" и Анри Берстейна "Еванжелина".

Как вы заметили, короткая справка "Лярус" пестрит незнакомыми для нас названиями. На наших экранах демонстрировались лишь четыре картины с участием Даррье: "Рюи Блаз" ("Опасное сходство"), "Красное и черное", "Мари-Октябрь" и "Дьявол и десять заповедей". Немного. И тем не менее нам кажется, что мы хорошо знаем и любим Даниель Даррье. С чем же мы тогда знакомы? С мастерством актрисы? Ее обаянием?
На актерской палитре Даниель Даррье десятки прозрачных тонов, нежных оттенков. Ей свойственна и тонкая импрессия чувств и бурный их порыв. Эта актриса может бесконечно много выражать в крупном плане (вспомните лицо Мари-Октябрь), во внешне статичном кадре. Приемы игры ее меняются в зависимости от характера героини. Королева Испании Мария и г-жа де Реналь по-разному двигаются, улыбаются, задумываются, даже дышат. Платок, сжатый в королевской руке, высокий воротник Марии, словно замкнувший душу, так же легко и свободно выражает чувство, как и естественный жест Мари-Октябрь. В этом прирожденный и многократно отшлифованный артистизм Даниель Даррье.
Следует ли нам заняться доказательством бесспорного? Не гораздо ли важнее проникнуть в глубинную суть таланта, проследить, что достигается мастерством, к чему оно устремлено.
Кто они, героини Даниель Даррье? В чем смысл их жизни?

- Но ведь кого-нибудь любить должна же я! - с отчаянием говорит в "Рюи Блазе" королева Испании.
Трудно вообразить себе менее царственное и, казалось бы, более достижимое желание. Для героини Даниель Даррье оно почти несбыточно.
В ее Марии поражает прежде всего не королевское величие, не гордая и недоступная красота, а смятенная душа, скованная молодость, требующая единственного, естественнейшего права - жить, радоваться, любить.
Мы видим юную, нежную женщину, заточенную в мрачных королевских покоях. Ее величеству нельзя смотреть в окно. Нельзя, когда вздумается, выйти в сад - лишь испанский гранд (где он?) может открыть ей двери. Лишь родные короля могут играть с ней. - Так позовите ж их! - Из рода короля нет никого в живых.
- Меня хотят убить! - говорит Мария - Даррье.
И в ее словах нет преувеличения. Каждый шаг юной королевы, каждое ее желание вымерено, оскорблено и умертвлено этикетом. Живая душа и бездушные предрассудки, чувствительная натура и полное отсутствие чувств вокруг - вот что играет Даниель Даррье.
Но вдруг королева узнает - ее любят, беззаветно, преданно! Одна благодарность уже способна пробудить в Марии любовь к дону Сезару де Базану, под блестящим именем которого скрывается слуга Рюи Блаз.
Любовь королевы, как рисует ее Даррье,- это не светское, вызванное скукой приключение. Это протест живого человеческого сердца против бессердечных условностей и предрассудков.
Линия Марии не выражает главного в замысле Гюго - показать дерзкое возвышение простолюдина ("Рюи Блаз - народ",- определил писатель). Но необычайная судьба Рюи Блаза становится возможной лишь благодаря ответному чувству Марии. И управление государством человеком из народа перестает быть фантазией, обманом, интригой лишь благодаря тому, что Мария - Даррье находит в себе душевные силы полюбить и признать в доне Сезаре безродного Рюи Блаза.
Мы рассказали о том, что видела Даниель Даррье в своей роли, что сыграла она на экране.
А как сыграла? Так, как и приличествует талантливой актрисе. Она была несчастной, робкой и оскорбленной женщиной, королевой, пока ее не любили. Она была радостной, гордой, презревшей злобу, пересуды, сплетни, когда возвышала человека, которого любила и в которого верила. Она была человечной, когда открывала в своем блестящем возлюбленном простого слугу.
Нельзя без волнения следить именно за Даррье в этой сцене, разыгранной другими актерами лишь по законам романтической драмы. Даррье приближает к нам живую человеческую душу. В какие-то мгновения ее сердце преодолевает пропасть, лежащую между нею и мнимым испанским грандом, оказавшимся слугой. "О Рюи Блаз", - с болью и нежностью произносит Мария это новое, страшное для нее имя умирающего возлюбленного.
И в этих словах, в изумительной гамме чувств, обнаруженных Марией - Даррье, заключено единственное во всей драме признание человеческим сердцем самой возможности справедливости.

"... За всю жизнь никогда не испытывала и не видела ничего хоть сколько-нибудь похожего на любовь",- так писал о г-же де Реналь, еще не встретившейся с Жюльеном Сорелем, автор "Красного и черного" Стендаль.
В судьбу своей героини, кроткой, благонравной жены веррьерского мэра, воспылавшей неудержимой страстью к учителю своих детей, великий французский реалист вложил целую историю крушения подло-добропорядочных семейных устоев в тихом, уже "подернутом буржуазностью" болотце провинциального дворянства. Вложил всю силу распрямляющейся, взбунтовавшейся человеческой души.
Даниель Даррье играет стендалевскую героиню. То же чувство, что и в "Рюи Блазе", - только теперь в сто крат сильнее, жизненнее - заставит ее героиню полюбить человека из народа, проведет г-жу де Реналь по жестокому и скорбному кругу его жизни.
Теперь это не романтическая греза, а реальный бунт. Против ничтожного мужа - грубияна и притеснителя с полдюжиной плоских, доставшихся ему в наследство от дядюшки шуток, против его окружения, а главное - против гибели в самой себе человека.
Удивительную жизнь приходится прожить на экране Даниель Даррье.
Мы застаем ее в начале фильма Отан-Лара погруженную в сонный, идиллический (насколько уместно здесь это выражение) мир. Мир этот преображается с появлением юного Сореля. Пробудившийся к Жюльену интерес объясним, казалось бы, самым естественным чувством благодарности и уважения. Жюльен не кричит на детей, не говорит пошлостей, вообще не походит на окружающих.
Даниель Даррье вслед за Стендалем, кажется, рисует еще не любовь, но ее предчувствие, ее приближение.
Но вот неизбежное свершилось. "Я согрешила: я люблю человека, который не муж мне". Это труднейшая для актерского воплощения грань образа. Рушатся "семейные", "нравственные", "религиозные" устои, но крушение окрашено мизерностью, духовной ничтожностью ниспровергаемого, иронией Сореля, который после решающего свидания чувствует себя, "как солдат, возвратившийся с парада ... исполнивший свой долг". И Даниель Даррье приходится проявить тончайшее актерское умение, чтобы передать важнейший нюанс стендалевского романа.
Актрисе это удается блестяще. Ее героиня трогательна в своей любви и все же где-то чуть смешна, жалка - в паническом ужасе перед молодым "покорителем сердец", в бурно обнаруженном раскаянии.
Но над этими реалистическими сценами возвышается любовь, которая пробуждает в героине новое, рождает бунтарскую - сродни сорелевской - силу.
Чувство, воплощаемое Даррье, глубоко трагично. Оно пройдет через разлуку, равнозначную умиранию, через муки совести и муки попранных и вновь обретенных чувств, через слабость, предательство во имя все той же любви...

И поразительно - в романе, беспощадно критикующем буквально все пласты социальной и духовной жизни Франции, рисующем жизнь двух его героев как бесконечное странствие по кругам ада, единственной светлой краской, единственно возможной нравственной силой остается именно любовь двух людей, удивительно схожих судьбой, восставших и сломленных. Недаром критики воспринимают жизнь г-жи де Реналь как своеобразный "женский вариант" судьбы Сореля.
Актриса раскрывает нам тончайшие движения души, многоцветный спектр эмоций. Ее героини испытывают полную меру человеческих чувств. Но что означают эти чувства - помимо нежности и любви, страдания и самопожертвования?
В "Мари-Октябрь" Жюльена Дювивье чувство героини Даниель Даррье оказывается в центре сложной психологической драмы. Через пятнадцать лет после войны владелица ателье мод Мари-Октябрь собирает своих прежних товарищей, участников движения Сопротивления. Зачем понадобилась теперь эта встреча же далеких друг от друга людей? Оказывается, среди них - предатель, человек, повинный в провале организации, в гибели ее вожака Кастиля.
Два часа вспоминают герои фильма обстоятельства далекого дня. Возрастает драматическое напряжение. И кажется, вся тяжесть его ложится на плечи Мари-Октябрь, которая неутомимо, строго ведет людей к истине.
Кто же эта новая героиня Даниель Даррье?
Актриса рисует вполне обыкновенную парижанку. Ее героине не дана слишком обстоятельная, бытовая характеристика. Вокруг люди с сегодняшними, откровенно земными заботами, милыми, а порой смешными привычками. О Мари-Октябрь сказано лишь, что ей принадлежит ателье мод. И все. Она из того же круга. Но когда выясняется, кто предатель, когда он не может из трусости убить себя, Мари-Октябрь, а никто другой, в удивительно сыгранной Даррье сцене исполняет тяжкий приговор.
Почему же именно в ее героине сохранилась та сила, которая взывает к ненависти, отмщению? Да, она из того же круга, но в отличие от большинства героев фильма прошлое не ушло из ее души, осталось нравственной нормой жизни.
Размышляя над образом Мари-Октябрь, некоторые критики были склонны усмотреть в том, что героиня Даррье любит погибшего Кастиля, некую социальную ограниченность ее мести.
Вот если б она не любила ...
Но почему тогда не удивляет то, что именно любовь вызвала к жизни бунт г-жи де Реналь? Что она заставила королеву признать в слуге равного себе человека? Нет, бесчувственность никогда не была и не может быть подспорьем идейной убежденности.

Зрителю дорога правда лучших героинь Даниель Даррье, правда их светлых, возвышенных чувств, дорог нравственный пример, который они подают с экрана.
Они, если говорить о самом главном, раскрывают мир - мерой благородных и справедливых чувств, и это важно, особенно сейчас, когда в западном искусстве эта мера оказывается далеко не единственной.
Они подымают, возвышают духовное, нравственное начало в человеке. И это тоже очень важно, потому что есть в буржуазном искусстве тенденция, утверждающая, что без этого начала в нынешнем мире вполне можно обойтись.
Они показывают, что чувства людей, их эмоции должны служить обновлению личности, побуждать человека отрекаться от дурного, от старого, меняться, в конечном счете становиться лучше. И это тоже очень важно, потому что только такие чувства имеют общественную значимость.

А. Зоркий / Актеры зарубежного кино. 1965 г.

 


Теги:Даниель Даррье

Читайте также:
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика